Армия господа Бога, вся красота небес
Медленная дорога через терновый лес.
Грозная песня смерти в каменной пустоте
Вечная память на ледяном кресте.
Встанет лишь один герой, что пойдет в последний бой,
В яростный, последний бой, за чистое небо.
Чистое небо над головой, чистое небо над головой,
Яростный, последний бой, за чистое небо.
Армия верных мыслей, армия добрых дел,
Снова на пятках виснет мастер заплечных дел.
Грозную песню смерти вновь прохрипит комбат,
Но смерти нет для молодых солдат.
Встанет лишь один герой, что пойдет в последний бой,
В яростный, последний бой, за чистое небо.
Чистое небо над головой, чистое небо над головой,
Яростный, последний бой, за чистое небо.
Правит нами дегенерат, где твой автомат, мой старший брат.
Я даю последний свой бакс на смазку автомата.
За чистое над головой, чистое небо над головой
Яростный последний бой, выходи, ребята.
Чистое небо над головой,
Яростный последний бой за чистое небо.
Темнеет в семь - в воздухе дым, жизнь становится точной как страсть,
Снова холодные ночи, прозрачные дни -
Как пружину тебя распрямляет холодный осенний играль.
Да-лин, я не был дома ровно девять с половиной недель,
Да-лин, я не забыл щемящий запах твоих волос.
Я уж не верил, что снова усну среди твоих блестящих огней,
Милый берег родного дома.
Жизнь становится новой как власть,
Мы выживаем, мы не верим, мы ведем непрерывный бой.
Ты помнишь, Да-лин, нам весело было знать,
Что есть сотни тысяч людей, у коих сотни тысяч причин,
Чтоб быть недовольным тобой.
Да-лин, я не был дома ровно девять с половиной недель,
Да-лин, я не забыл цветущий запах твоих волос.
Я уж не верил, что снова усну среди твоих блестящих огней,
Милый берег родного дома.
о о о о оооооо моя северная странаааа
о о о о оооооо моя северная странаааа
о о о о оооооо моя северная странаааа
моя севернаяяя страаанаааааааааа аа-а-аааа
Детство было, а черт с ним, с детством.
Детство страдало изобилием сладостей.
Реализованным правом каждого –
Прямо из детства в лабиринты заводов.
Кубический метр чистого воздуха,
Своеобразная поэзия лозунгов,
Квадратные дюймы общей жилплощади –
Плечом к плечу в бесконечную очередь…
О, моя Северная страна!..
От болезней слепой убежденности
До иммунитета необходимости
Год за годом вперед, без прошлого,
Утешаясь долгом и ложью.
Магический пепел любовного голода,
Зимой – атрофия застывшего города,
Как закоченелые пальцы у горла –
Печальные лица плацкартных вагонов.
О, моя Северная страна!..
В этой стране не принято плакать.
Здесь каждый день выпускается столько
Страной закаленного сталепроката,
Что Сталиных хватит надолго.
Квадратные дыры тюремных коридоров,
Железные двери военных кордонов,
Кровавая пена столетних раздоров,
Святые круги перекошенных ртов…
О, моя Северная страна!..
Они громят аппаратуру, они трут нас в порошок,
Но Шаповалов - первый панк, и все будет хорошо,
Я хотел бы быть таким, как Джонни Роттен,
Но солнце не взошло, и я уже не тот.
Что же делать - мне только восемнадцать,
И в армию идти мне в лом!
Где бы, где бы нам укрыться,
Где бы, где бы нам укрыться,
Где бы, где бы нам укрыться,
Где бы, где бы нам...
Не осталось никого,
Не осталось никого,
Не осталось никого,
Не осталось никого,
Никого нет!
Здесь нас никто не любит и смотрят в спину нам,
И магазин давно закрыт, и все бляди по домам,
Вина теперь не купишь, и нету папирос -
Надо ехать в Ленинград и играть там панк.
Там тепло и уютно, там деревья растут,
Панки-братья вокруг да под деревом круг!
Никого нет!
Никого нет!
Я хотел бы уйти и уехать туда,
Где загорится панка звезда,
Где дворы, как колодцы,
Где небо, как снег,
Где слушает бессмертный панк-рок человек!
Никого нет!
Никого нет!
Не осталось никого... Никого нет!
Никого нет!!!
Мне надоели громкие слова
Про гласность, перестройку и права...
Это все слова, это все слова,
Это все слова, это все слова!
Колеса, план, игла и алкоголь...
Рок-клубы, худсоветы и контроль -
Это все дерьмо!
А по телевидению с самого утра
Птица счастья обещает - завтра лучше, чем вчера.
И пресса смело обличает,
Громит в пух и прах.
Только те, про кого пишут,
Остаются на своих местах!
Это все дерьмо!
А по телевиденью который год подряд
Опять дает уроки музыки Маэстро Листопад,
И пресса смело обличает,
Громит в пух и прах,
Только те, про кого пишут,
Остаются на своих местах!!!
Мне надоели гнусные слова
Про скуку, безысходность и про лом,
Это все дерьмо!
Дерьмо!
