Она никогда не была в лесу. То есть была, но только по случаю пьянки «на природе», где, конечно, никакой природы не увидела. Просто не поняла, поскольку это понимается довольно долго по трезвому и в одиночестве.
Жизнь началась с ярких мягких игрушек и яблочного пюре. Потом портфельчик с куклой барби, биение одноклассников учебником по башке, сплетни с подружками и все эти грязные детские подгузники в которые мне лезть довольно мерзко. Суть не в них, наверно.
Родители у неё довольно молодые и вполне вменяемые люди. Они зарабатывают деньги так, как могут, и зарабатывают «не меньше других». У неё вроде бы «всё было» у неё вроде бы «всё есть». Отдельная комната с компьютером и небольшим телевизором (зато с большой кроватью, на которой валяются 2-3 мягких игрушки), довольно новый телефон с разными популярными песенками, она неплохо одевается, ходит на продвинутые молодёжные тусовки…. Да всё вроде бы «как у людей», только иногда она чувствует какую-то тяжесть в душе (знаешь, от тяжести в душе тоже есть таблетки:)). Она не знает точно почему, но к ней приходит некое нераспознаваемое сознанием чувство. И это чувство ищет выход, а выхода нет.
Она ни в чём не виновата. Так сложилось. Её одноклассники не ходили в музеи, (разве что с преподавателем в школе) они не утруждали себя лишним чтением и размышлениями о смысле жизни. Её пространство заполнялось музыкой в три ноты и словами и три буквы, мыслями и рассуждениями диких человеческих детёнышей.
Что ей было делать? Она не знала ничего другого. Она, конечно, видела «других» людей, но общаться с ними не пробовала. Ей было слишком страшно потерять то, что она имеет, хотя иногда становилось тошно от этой «собственности».
Ёё личная жизнь как-то не складывалась. Она расставалась со своими парнями от того, что её бесила либо их тупость, либо их пьянство, либо постоянные измены, либо их насмешки в её адрес. Почему парни расставались с ней она не понимала, она просто верила этому бреду, который мы, несём им, когда хотим по быстрому и без скандала отвязаться. Но она обязательно найдёт себе избранника на всю жизнь. Пусть он будет пить и мало зарабатывать, они будут вместе, поскольку расставаться им будет страшно.
Я вижу сотни таких, как она каждый день. На улице, в университете, в своём долбанном переходе, в котором я играю, на лавочке около своего подъезда. И я их не замечаю. Не замечаю, поскольку они мне не интересны. Не интересны, как девушки: блядство по схеме «здрастье-пойдёмте в клуб-может ко мне зайдём?-тебе дать майку?-вставь сама-подай сигареты-Ну пока, звони» мне давно не интересно. Уж точно я бы не хотел с такими девушками долгих отношений, поскольку это просто скучно, тупо и мерзко (я пробовал). Они не интересны мне как люди вообще: они дети системы и ни когда не выходили за её границы. Они ни в чём не виноваты, наверно, но когда я смотрю на таких людей во мне созревает мысль о необходимости интеллектуально-нравственного геноцида (давайте расстреляем всех, у кого IQ ниже 115:)) я конечно не прав в этом. В каждом из нас столько пороков, глупости и мерзости, что расстреливать можно всех. Мы абсолютно равны, поскольку находимся на самом низком пределе нравственного развития, и не надо никого расстреливать, тем более, что она не виновата. Она не виновата…
|
