| Лицо смотрело на меня. Оно смотрело прямо в мою душу, ибо оно было не каким-либо посторонним гадающим лицом, а оно было моим лицом. Нет ничего страшнее глубокого взгляда в себя. Тут перед тобой перестают литься оправдания своего же разума, тут, когда твое лицо смотрит прямо в себя, нет места для диалектики и перевода все на другие рельсы, тут главенствует жестокий допрос своего «Я». И как же бывает тяжело отвечать на эти вопросы! Когда отвечаешь на них, сердце бьется не менее сильно, чем при любом другом допросе. |
