"Смотрю на него и умиляюсь, ну что за красавчик, а сколько в глазах добра, всепрощения и интеллекта. Если бы не дела, любовался бы им целый день , разгадывал бы смысл этой загадочной "Джокондовской" улыбки. О, господи, благословенно чрево, выносившее это чудо." С этими светлыми праздничными мыслями начинался для него каждый день. Происходило это перед зеркалом во время бритья и, окрылённый своими исключительными добродетелями и талантами, он спешил творить добро. А ведь были времена, когда он чуть не утратил нравственных ориентиров, когда упразднили шестую статью конституции о руководящей и направляющей роли родной Коммунистической партии, когда Моральный кодекс строителя коммунизма был девальвирован безответственными политиками. Пошатнувшиеся устои общества, вылезшие из всех углов апологеты буржуазной морали, растлители молодёжи, всякие нехорошие соблазны чуть было не свернули его с истинного пути отрицания международного империализма. Но он не стал на путь стяжательства и разврата, не стал нецензурно выражать своё отношение к происходящему, не поддался искушению попробовать всё, что во времена его молодости было не доступно. Он отверг все недостойные излишества, обратил свои светлые очи к богу, научился вышивать крестиком, стал пить на ночь кефир и чистить зубы. Он выбрал свой путь любви и всепрощения, с прилежностьюистинного хрестьянина изучать святое писание.Он стал часто задумываться о светлом чувстве любви. Любовь к женщинам он себе ещё мог представить, но смутные сомнения относительно любви к мужчинам не давали ему покоя. Всё таки однополая любовь не поощрается обществом, об этом и других животрепещущих вопросах он обычно посоветовался с батюшкой.
Когда один нехороший человек занял у него на неделю денег и не отдал и через год он, по совету отца Онуфрия, только повторял про себе, любуясь своей кротостью: "Господи, прости нам долги наши, как и мы прощаем должникам нашим". Господи, ну как не любить мне этого праведника, как не любоваться его светлой и чистой душой, почему это время во время бритья так быстро пролетает.
Что то я сегодня запизделся, жаль больше нет времени помечтать, кореша звонят - стрелку на двенадцать забили. После разбора опять баня с блядями. И так каждый божий день, а ещё , ебёна мать, эту гниду, что развела меня на бабки выловить надо, я его, сучёнка, заставлю родину любить, он , дурилка картонная, думал , что я лох тряпочный - не угадал. Отловлю - яйца оторву, а потом он этот должок втройне отработает, я его научу крестиком вышивать.
|
