Вчера мы были в заброшенном доме на лукьяновке. Комната на четвертом этаже, столик, пойло из америки, влад и две бабины. Громыхали с мобла говорящие деревья. Я сидел возле уворованной иконы пресвятой матери девы, крыл матом, вилял дымком.
Позже мы встретили еще двух отморозков и пошли в 44 греться и пить. Разбили графин, перевернули стол, вылетели пробками нахер на улицу.
Ближе к часу ночи засели в дворике возле бессарабского рынка. Я был полностью в миноре и несколько раз протулил майорова в нос и пузо. Под конец я уже еле стоял на ногах, развалял мусор, бросал пустые пивные бутылки в стену бойлерной.
Сегодня 7 марта. Предшествие 8 марта. Я предпочитаю пить у себя дома вино и никуда не идти. Подружка заболела, друзья, надеюсь, уже околели. Одно только смущает. Блядские соседи из шестнадцатого этажа снова нарезались. Орут, скачут. Я врубил дестроялдримерс почти на полную, но это, блядь, не помогает. Смакую вино у себя на кухне, поедаю бри, а эти сволочи, несмотря на то, что я пью красное сухое дольчетто, беснуются на славу.
И еще у меня побаливает переносица. Видимо, все-таки оплошал и получил давеча от майорова в нос.
Завтра, думаю, будет хороший день. Понесу девочке орхидеи, завалю к движухе в сквот, под алкоголь будем пытаться подключить электрику, потом поеду к матери, поздравлю ее, поем, вернусь домой и лягу спать. Снова.
|
