Каждый раз, перепрыгнув полночь,
Слыша старый часов обертон,
Превращаюсь в безликую сволочь
С безобразно разорванным ртом,
И, обмазавшись лунною кровью,
Наступив на замёрзший дождь,
Я кричу, что кричу - не помню,
Но мой крик как в воде пердёж.
Порван рот у безликой калеки...
Ну да ладно, всё это хуйня...
Лишь прошу, опустите мне веки,
Чтоб дожить до двенадцати дня. |
